Десять лет после ухода Жанны Фриске ее сын Платон остается в центре громкой драмы. Конфликт между Дмитрием Шепелевым и родными Жанны не утихает. Недавно Дмитрий признался, что прошел ДНК-тест, чтобы подтвердить свое отцовство, о чем долгое время ходили сомнения.
Почему он решился на этот шаг и как живет с результатами? И почему даже 99,9% совпадения не смогли положить конец этому конфликту? Давайте разберем эту историю, полную недоверия, больших денег и трагической любви.
Тест, который перевернул все
Представьте, каково это — пережить горе и затем столкнуться с публичным обвинением в том, что ты не являешься отцом своего ребенка. Именно это испытал Дмитрий Шепелев.
Требование пройти генетический анализ исходило от Владимира Копылова, отца Жанны. Вместо тихого семейного разговора это стало проверкой на прочность, которая привела к открытой вражде.
Шепелев, уставший от клеветы, согласился на тест в одной из самых авторитетных лабораторий, чтобы доказать свою правоту. Результаты подтвердили: 99,9% совпадения — Платон действительно его сын. Однако вместо мира он столкнулся с новыми обвинениями. Родные Жанны отвергли результаты, утверждая, что они подделаны.
Научный факт стал оружием в войне, и Дмитрий вновь пережил разочарование. Он доказал свою правоту, но не восстановил доверие, которое было потеряно задолго до ухода Жанны.
Призрак сомнений: появление «тайного отца»
Если бы дело ограничивалось только неприязнью между Шепелевым и семьей Фриске, это было бы просто печально. Но в 2015 году появился адвокат Радик Гущин, который заявил, что у него был роман с Жанной, и подал иск об установлении отцовства.
СМИ подхватили эту историю, раздувая слухи о «скрытой беременности» и «предательстве». Гущин не предоставил никаких доказательств своих слов, кроме общих фотографий с мероприятий.
Дмитрий, защищая честь Жанны и своего сына, подал иск против Гущина за клевету. Судебное разбирательство затянулось, но в итоге Шепелев выиграл, и Гущин исчез из медийного поля. Однако его заявления оставили сомнения в семье Фриске, которые продолжили искать подтверждения своим худшим подозрениям.
Причины недоверия: спор о наследстве
Как и в любой семейной драме, здесь играют роль деньги. После похорон Жанны начались разговоры о наследстве, которое включало не только имущество, но и права на ее хиты, приносящие огромный доход.
Семья Фриске не могла смириться с тем, что это богатство может достаться Шепелеву. Они были уверены, что Жанна не успела правильно оформить наследство, и борьба за наследство стала борьбой за контроль над памятью о ней.
Конфликт перешел в открытую судебную стадию, с взаимными претензиями и исками о встречах с Платоном. Каждая сторона старалась доказать, что только она имеет право на его воспитание. Хотя Дмитрий остаётся законным отцом, семья Фриске продолжает искать способы оспорить его роль.
Новая жизнь и старые раны
Пока в судах продолжаются разбирательства, Дмитрий построил новую жизнь с Екатериной Тулуповой, у которых родился еще один ребенок. Платон, несмотря на утрату, принял новую женщину в жизни отца и зовет ее «Мама Катя».
Он растет в атмосфере любви, где хранятся воспоминания о Жанне. Однако для семьи Фриске это новое счастье — еще одно оскорбление. Они считают, что Шепелев должен вечно оплакивать Жанну, а не создавать новую семью.
Платон в центре конфликта
Самая большая трагедия этой истории — 12-летний Платон, который задает взрослые вопросы: «Почему бабушка и дедушка со мной не общаются?» и «Почему у меня две бабушки, но только одна приходит на день рождения?»
Родные Жанны, утверждая, что хотят видеть внука, остаются в стороне, а Шепелев препятствует общению. Примирение не состоялось, и обе стороны продолжают держать свои обиды выше интересов ребенка.
Владимир Копылов настаивает, что дело не в биологии, а в воспитании и ценностях, которые сделают из Платона настоящего человека. Он считает, что Шепелев не дает мальчику «правильного» наследия.
Платон растет с травмой, которую осознает лишь с годами, связывая всех них, но пока не может их соединить.
Сможет ли когда-нибудь Шепелев и семья Фриске найти путь к примирению ради 12-летнего Платона?
Всем Добра и Позитива=)
